$56.56р
63.62р
В СПб: 17°C

Евгений Савин: Какие же мы, футболисты, ограниченные люди

14.02.2017 13:08 1
Разбирается ли Сергей Шнуров в футболе, как обманывают футболистов родственники и как может сорваться переход в ЦСКА, "Фонтанке" рассказал ведущий программы "Культ тура" Евгений Савин.

Когда-то Савин сменил 10 российских команд, один раз призывался в сборную и популярен был в первую очередь благодаря мему "Угол головы". Неожиданно после завершения карьеры Евгений вместе с Юрием Дудем (главный редактор сайта Sports.ru, в прошлом – ведущий телешоу "Удар головой") стал вести программу "Культ тура", которая за первый сезон стала событием в российском спортивном телевидении. Вместе с Дудем стал телеведущим-2016 по версии журнала GQ. Давно живет в Петербурге, где учится сейчас на заочном по специальности ГиМУ.

– По дороге на интервью я расшифровал с помощью "Гугла" твое сообщение и что за зверь такой ГиМУ. Государственное и муниципальное управление.

– Да. В будущем буду губернатором Тюменской области.

– Заочников в Тюменскую область распределяют?

– Хотел футбольный менеджмент, но на момент поступления решил выбрать менеджмент в области государственной службы. Предметы? Обычные. Деловые коммуникации, все, что связано с управлением. Сейчас у меня последняя сессия. Диплом про культуру управления. Может быть, получится сделать эту работу на примере спортивной организации. Хочу попробовать пройти практику в РФС.

– Какая кривая завела тебя в Петербург?

– Личная жизнь. Девушка, с которой я тогда встречался, приехала поступать в этот чудесный город, в самый лучший город в стране. Я приехал, увидел, полюбил. Девушек после этого было много, а город остался один. Я купил квартиру и кардинально менять свою жизнь не собираюсь. При этом работаю в Москве. Раньше я уезжал по футбольным делам. Сейчас я понимаю, что вся телевизионная движуха сосредоточена в Москве. Сперва расстроился, что придется из любимого Петербурга уезжать. Но потом я понял, что Москва меня устраивает по рабочему темпу. А в Петербурге хорошо жить и приезжать на выходные.

– А кривую, которая забросила тебя в телевизор, надо полагать, зовут Юра?

– Да. За несколько месяцев до появления "Матч-ТВ" у меня было две травмы серьезные. Сперва огромная киста в колене, потом вышел на игру и порвал ахилл. Заканчивал я дома, за "Тюмень". И разрыв ахилла поставил точку, я понял, что футбол – все. Но было желание выходить из зоны комфорта и пробовать что-то новое. И тут пишет Юра: "Запускается канал, я буду делать один проект, всегда считал, что тебе нужно на телеке попробовать, не хочешь записать пилот?". Я обожаю все новое и интересное и тем более все-таки о футболе. Записали пилот. Не супервпечатляющий.

– Ты, насколько я знаю, был в обтягивающих джинсах и с лишним весом.

– Да, я впервые позволил себе в отпуске не следить за режимом и приехал с лишней десяткой. Но этому тоже есть объяснение. Футболисты привыкли к одному ритму, всю жизнь макароны с курицей на обед, ты привыкаешь, что на поле все сгорает, а это был мой первый отпуск после завершения карьеры, в качестве пенсионера, которого нигде не ждут и никуда не надо. Но я взял себя в руки, вот тут, в парке на Елагином острове, сбросил, и пошло-поехало.

– Начинали вы со Шнуровым?

– Суперперсонаж. Часто его вспоминаю. Это был первый человек, на которого я смотрел и понимал: "Господи, какие же мы, футболисты, ограниченные люди. Вот сидит человек, который многое видел и обо всем может поговорить". К сожалению, нужно признавать: футболисты – инфантильные ребята, которые деградируют, находясь в постоянной зоне комфорта с ранних лет, получая – и это надо признать, – не всегда обоснованные деньги. И самое страшное – не наличие кучи бабок, а деградация. И я такой же, как и все. Нужно понимать, что это так, это как с алкоголизмом: первый шаг – признать наличие проблемы. Главная проблема – отсутствие фундаментального образования. И нужно ходить в "Эрмитаж", брать уроки репетитора по русскому языку и перечитывать классиков...

– Перечитывать или читать?

– Скорее, читать, да. В общем, нужно найти мотивацию, потому что стабильный отрезок, в котором были слава, деньги, автографы, и когда тебе говорили, во сколько вставать, прошел.

– Да даже не говорили: просто в номер звонил массажист.

– Да. Ну вот массажист не придет больше. Нужно начинать с нуля.

– Чем Шнуров удивил?

– Первая запись. Мне нужно сказать: "Привет, это шоу "Культ тура". Я сделал, наверное, дублей 20. Я нервничал, сбивался, напрягался. Я понимаю: Серега сидит, начинает вздыхать, думает: "Куда я попал? Что это за студенты-сосунки?". Но при этом он говорил: "Жека, давай! Ты сможешь!". Ему это не очень нравилось, но он вел себя как полный профессионал. За это ему огромный респект. Шнур – супертоп.

– Он разбирается в футболе?

– Нет, конечно. Он про то, как схема 3-5-2 в фазе обороны перестраивается в 5-3-2, не расскажет, как сужают и поджимают – не видит. Но мне показалось, что он очень переживает за "Зенит", и это взаимная любовь Виража и Шнура. Он болельщик. Не специалист.

– Кто из гостей запомнился?

– Это хороший вопрос. Люди были разные. И судьи, и президенты клубов, и футболисты, и люди, которые считают, что они футболисты. Однозначно – Федя Смолов. Самый интересный сейчас футболист в России.

– Гениальный кусок про намазывание масла на хлеб.

– Да. Конечно же, Вася Березуцкий. Он может найти себя в стендапе и на телевидении. Он хорошо шутит, он артист, это видно по тому, как он помогает себе мимикой и жестами. Лео Слуцкий – с ним была интересная программа перед Евро.

– Еще когда мы не знали, что мы – оно.

– Мы, конечно, догадывались. Арбитр Сергей Карасев, который сломал стереотипы: все обычно думают, что судьи – скучные люди. Свистнул, получил деньги в конверт и ушел.

– Я надеялся, что они все-таки на карточку приходят.

– Думаю, не всегда. Налоги они точно не платят с вещей, которые мы не можем доказать, но о которых догадываемся, что они существуют. Карасев показал, что он клевый, разносторонний чувак, который слушает рок, под который танцуют в аду. И ходит на концерты металлических групп. Он признавал свои ошибки и волнением показывал, что он человек. Это было прикольно. Еще выделю Ольгу Смородскую: она взяла двух ведущих практически за рога и не отпускала до конца программы. Ольга Юрьевна человек. Можно 23 февраля отправить ей сообщение, и она не обидится. Она – мощь.

– Кто из профессиональных футболистов – на пенсии, доигрывающих, – мог бы выстрелить на телевидении?

– Вася Березуцкий. Дзюба не заканчивает. Он мог бы, но не знаю, как он будет действовать перед камерой. Бывают весельчаки в гримерке, которые выключаются перед камерой.

– Салугин?

– Ну, Салугину еще играть и играть, он 88 года рождения. Так, стоп, ему уже 29?

– Сейчас неприятно стало?

– Не, мне-то что, мне 33, у меня уже все хорошо. Это когда ты футболист, ты по этому поводу переживаешь. Контракт переподписывать-то уже не надо. Я не знаю, какой из Салугина артист. А это важно.

– Сейчас ты в мире шоу-бизнеса. Большую часть карьеры ты провел в скромных командах, на трибунах твоих стадионов не кипела жизнь.

– Ой, да ну ладно!

– Хорошо, в командах, которые не претендовали на пьедестал.

– Это да.

– Сейчас ты работаешь в мире славы, которой ты, будучи профессиональным футболистом, недополучил. Ты фотографируешься на вечеринке журнала GQ. И этот мир стразиков и Ксении Собчак – он же еще более конкурентный.

– В футболе же точно так же. Когда ты молодой парень, тебе 18 лет, ты обычный в дубле, – тебе никто не говорит: "Парень, давай попробуем твои силы в основном составе". Ты так же кусаешься, брыкаешься, чтобы залезть в команду мастеров. Для того, чтобы поймать звезду, не обязательно переживать второй этап карьеры. У меня была легкая звездная болезнь. В 18 лет я тренировал детей в Тобольске, у меня была травма, я не играл, у меня даже не было кроссовок. Я купил Nike, из пуленепробиваемой резины. Летом потели ноги, но это было не важно, важно было то, что я мог носить их и зимой. А через 3 года меня Хиддинк вызвал в сборную. Вот после этих трех лет – первый дивизион, "Анжи", "Томь", "Амкар", "Химки" – попал в сборную. Начал ощущать признание, чувствовать внимание болельщиков, экспертов, деньги в долларах появились. Появилась возможность купить машину или сестре квартиру. Началось легкое помутнение. Мол, дальше будет в сто раз лучше. Сейчас мне это точно не грозит. Я знаю: как только ты даешь слабину и снижаешь требования, ты сразу падаешь вниз.

– У тебя была импульсивная покупка, когда деньги жгли ляжку?

– Всегда знал цену деньгам, которые зарабатывал. Родителям спасибо: я все деньги инвестировал в "недвижку". Купил квартиры родителям, сестре, мне есть, где жить. Я знаю футболистов, которые после конца карьеры в топ-командах остались без ничего. На мой вкус, это преступление перед своим здоровьем как минимум. Импульсивная? Я хотел конкретные часы. Я играл тогда в Самаре, приехал в Париж на Новый год. Зашел, увидел две пары часов: я хотел и те, и те. Одни – под такой лук, другие – под сякой. Что делает футболист? Спрашивает "Какая скидка, если куплю обе?". В общем, я купил обе пары, нарезался шампанским – там же еще и наливали бесплатно в магазине, – и в двух парах на руках, бухой, я вывалился в парижскую новогоднюю ночь и был абсолютно счастлив.

– Футболистов всегда хотят облапошить.

– У меня был тесть. Бывший. Я поверил в бизнес-планы. Басни. Он был депутатом в Тобольске. Мы строили автосалон "Рено". Мы его построили. Но уже совсем за другие деньги. И бизнес-планы изменились. Выяснилось, что тесть выводил деньги из предприятия, преднамеренно его банкротя. Грубо говоря, меня швырнули на все деньги, которые я заработал в футболе. Мне потом сказал один хороший аудитор: "Самое ценное, Жень, что ты получил – это опыт". Тесть сейчас сидит, мне от этого не горячо и не холодно. Я в целом смотрю на такого рода сюжеты спокойно: главные претензии к себе. Эти проблемы же от необразованности, от некомпетентности. Нам же не хватает ни образования, ни понимания. Мы боимся людей, которые выглядят экспертно, но мы слушаем людей, которые давят на нас психологически. Или приезжают на встречу на дорогих машинах.

– А это может быть арендованный "Мерседес".

– Причем не на день, а на два часа, чтобы тебя развести. Футболист смотрит на побрякушки, а не на то, что внутри. Футболистов легко кинуть.

– В "Зенит" никогда не звали?

– Желание было всегда. Но тот тост оказался не про меня. Я еще до перехода в "Амкар" переехал в Санкт-Петербург и понял, что у меня эрекция, которая не проходит. Не звали, даже когда вызвали в сборную. Мне Хиддинк говорил: "У тебя правильный менталитет, тебе нужно поменять команду, перейти в более статусный клуб, и тогда у тебя будет прогресс". ЦСКА был на горизонте, "Зенита" не было. Свой первый гол в Премьер-лиге я забил "Зениту" как раз, Славе. Мы тогда проиграли 3-1, я сравнял счет. В молодежке я пересекался с Гариком Денисовым, он был у нас капитаном, это времена мема "Угол головы". Денисов сказал: "Ты живешь в Питере, найди того, кто тебя порекомендует, сделай максимум". Не получилось. Хотя желание было огромное.

– Эта история звучала уже: ты практически перешел в ЦСКА. Жил в Ватутинках. И потом на горизонте появились люди, которые стали требовать с президента ЦСКА дополнительных денег за трансфер. Что это были за люди?

– У меня был агент, Алексей Николаевич Сафонов. Были люди, которые помогали ему вести бизнес. Точно не по юридическим моментам его консультировали. ЦСКА платил "Амкару" 4 миллиона евро. Оплачивали налоги, как мне сказали. В общем, эти коллеги агента пришли к Гинеру и сказали: "Это наш футболист, давай нам еще". Думаю, просили процентов 20, миллион евро точно. Гинер сказал: "Все, конечно, круто". К тому же это был не очень удачный год у ЦСКА, разъезжались Жо, Красич, за меня пластался только Газзаев, но когда пошли такие проблемы со мной, совет директоров ЦСКА сказал: "Потенциально – молодой, наконец-то русский форвард в составе ЦСКА. Но что-то как-то теленок получается золотой".

– Это тюменские были?

– Не, Москва-Москва. Это все было неформально, это не те партнеры, с которыми Николаич общается, ООО они точно вместе не открывали.

– Не чужая тебе команда "Томь" переживает непростые времена. Ее руководители заявили, что официальная задача команды – удачное выступление в ФНЛ. То есть вылет дивизионом ниже.

– Это публичное признание того, что ничего хорошего на уровне Премьер-лиги не будет. Это такой способ снять с себя ответственность и сказать: да, у нас есть проблемы, но у нас есть свои кадры и давайте их растить, пусть и дивизионом ниже. Есть футбол, есть на что томичам ходить, есть стадион "Труд". Я не внутри команды, но со стороны эта ситуация выглядит классикой: бюджетные деньги закончились.

– Вряд ли планировалось, что судебные приставы будут арестовывать здание базы.

– Ну да. Во Владивостоке игроки едят доширак и на базе нет света. В таких случаях мне жаль не футболистов, мне очень жаль болельщиков и детей, которые ходят в футбольные школы. Ты же вырастаешь на примере кого-то. Многие футболисты забывают, что они примеры для детей: отношением к делу, техникой, прическами. И ведь это происходит в футбольных регионах, я в 2004 в "Томи" играл, когда команда в Премьер-лигу выходила, полный "Труд" был. Люди жили футболом. И жалко болел с детьми, когда такие команды пропадают из-за действий менеджмента.

– "Анжи" опять сменил курс.

– Тут был частный инвестор, Сулейман Керимов. Он хотел объять необъятное.

– Мне кажется, даже объял его.

– По результату не объял. Керимов сделал резонансный клуб, но с перегибами. Я был на матче "Анжи" со "Спартаком" в "Лужниках". Расима Тагирберкова от спортивной зоны до парковки провожали два охранника. Я играл с Расимом Тагирбековым, он обычный парень из Дагестана. Два охранника – это too much. Зачем? Кстати, помнишь, как в Роберто Карлоса бросили банан? Это было в Самаре, я играл против Карлоса и в этот момент пошел в подкат против него. Слышу – недовольный гул трибун. Думаю, что такое, а только потом понял, что это совпало с швырянием банана. Карлос ушел тогда, больше на поле не выходил. Но на футболе бывает и такое. Такое пресечь невозможно. В общем, Сулейман захотел сделать wow, а все и сразу не очень получилось. Пришел Осман Кадиев, я играл против его "Динамо" из Махачкалы. Кадиев, кстати, взял Григоряна из Владивостока.

– Успел сбежать от доширака.

– У него всегда бойцовские команды. Витальич – приверженец футбола с огнем. На сборах он новичкам выдавал боксерские перчатки, прикинув вес. Типа, "раунд". Метелили друг друга так – у меня челюсть отпадала. Так Григорьян проверял характер новичков. На третий день я получил травму, и до меня очередь не дошла. Не хотел бы попасть под Асильдарова. В "Анжи" потолок сделали миллион рублей, для РФПЛ не супер, но для российского футбола сейчас – не мегакатастрофа. Ребята, давайте жить по средствам. "Амкар" идет в четверке. Это супертоп. Можно Гаджиеву ставить памятник, рядом с "Солеными ушами" в Перми. Нельзя раздувать рынок так, чтоб потом регион терял футбол.

– "Спартак" чемпион?

– Есть один момент, который отличает нынешний "Спартак" от "Спартака" последних лет. Обрати внимание, какие там эмоции, когда "Спартак" выигрывает. Впервые за годы появился коллектив. Нету деления на бразильцев, молодежь и страны третьего мира. Я знаю изнутри, что там есть коллектив и такого не было давно. Где-то отскочили, где-то взяли свое, но есть команда. Это не европейский клуб, где игроки могут не общаться, это русский клуб, должна быть идея, общение. Я это вижу, и шансы "Спартака" велики. Второй момент – селекция. Я живу в Петербурге и, работая на федеральном канале, пытаюсь не болеть за "Зенит". Последнюю зиму совсем не понимаю. Цаллагова помню еще мальчиком в молодежке, он боец, отдает футболу 150 процентов. Для него переход в "Зенит" – это успех. Но успех ли это для "Зенита"? Лунев... Я мечтал всю жизнь играть в "Зените". Лунев провел в Премьер-лиге 10 матчей. Потащил пенальти, но 10 матчей! Это не показатель. А вдруг не пойдет через полгода? А контракт подписан на 4. Лунев может сказать: "Я готов вам снег разгребать на новом стадионе". Тот же Селихов год отыграл за "Амкар" прежде, чем в "Спартак" перейти. Иванович – человек для основы. Я ездил недавно в Лондон, говорил с руководством одного клуба с русским владельцем. Они говорят: "Мы хотели Ивановича. Но не могли с "Зенитом" конкурировать по деньгам". Пока это главная покупка. Про парня из ФНЛ (речь идет о Сергее Зуйкове, футболисте из "Волгаря". – Прим. ред.) вообще молчу. Жалею, что Луческу не тренировал "Зенит" в те годы, когда я играл. У меня точно был бы шанс. Пойми мой посыл: Петербург – особенный город, в "Зенит" должны брать лучших.

– 5 очков отыгрываются?

– Это абсолютно ничего.

Беседовал Федор Погорелов, "Фонтанка.ру"


Подписывайтесь на канал "Фонтанка.ру" в Telegram или Viber, если хотите быть в курсе главных событий в Петербурге - и не только.

Комментарии

14 февраля 2017 г. 18:18
Посмотрел один раз эту передачу с двумя сказочными идиотами, что в ней такого?

Материалы рубрики

Cтатьи Новости
    еще новости
    Написать новость

    Фото JPG / GIF, до 5 мегабайт.

    Не забудьте указать свои контакты

    Я принимаю все условия Пользовательского соглашения.
    Введите цифры с изображения: